Арест в зале суда после оглашения приговора

Обжалование обвинительного приговора. На что обратить внимание? – Статьи – Мнения газеты «Солидарность»

Арест в зале суда после оглашения приговора

Когда суд первой инстанции оглашает приговор, в 99,5% случаев указывающий на виновность подсудимого (согласно данным Судебного департамента при Верховном суде), начинается так называемый апелляционный период.

Это значит, приговор уже есть, но считается не вступившим в законную силу.

Хотя если обвиняемому была избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы, а приговор дает ему реальный срок, то под стражу осужденный (а статус “подсудимый” меняется на “осужденный” после оглашения приговора) берется прямо в зале суда и уезжает в СИЗО.

Апелляционный период длится десять дней. В это время стороны защиты и обвинения имеют право обжаловать приговор в вышестоящем суде. Если этого не происходит, то по истечении данного срока приговор вступает в законную силу.

Странная вещь, но многие осужденные считают, что если обжаловать вердикт, то в судебных инстанциях могут разозлиться и дать к отсидке еще больше. Конечно, это в корне неверно. Согласно ст. 389.

24 Уголовно-процессуального кодекса (УПК), обвинительный приговор суда первой инстанции может быть изменен в сторону, ухудшающую положение осужденного, не иначе как по представлению прокурора либо по жалобе потерпевшего.

А наличие апелляционной жалобы только со стороны осужденного исключает возможность увеличения срока.

На что осужденный может жаловаться? Первое – на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела (ст. 389.16 УПК). На игнорирование судом первой инстанции фактов, на которые указывала сторона защиты, показаний свидетелей, приглашенных защитником, и так далее. Об этом мы неоднократно говорили в предыдущих публикациях.

Второе – на несправедливость приговора ввиду его чрезмерной суровости (ст. 389.18 УПК). То есть когда осужденный в целом не оспаривает фактическую сторону дела, но считает, что с ним обошлись слишком уж строго.

“Пятерочку” он бы отсидел, но вот “десятка” – это явный перебор. Годик-другой по такой жалобе могут скинуть.

Кстати, на основании той же статьи требовать пересмотра наказания вправе и прокурор, но – ввиду чрезмерной мягкости приговора.

Третье – можно оспаривать существенные нарушения уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона (ст. 389.17 и 389.18 УПК). Все это логично назвать процедурными нарушениями.

Например, подсудимому не дали последнего слова. Фактически оно ни на что не влияет. Последнее слово – не более чем эмоции, и многие от него отказываются.

Но, согласно УПК, оно – непременный элемент, и без него никак.

Есть еще четвертый, не описанный в кодексах, но весьма любимый многими осужденными аргумент. Название документа – “жалоба” – они воспринимают буквально и начинают жаловаться: на наличие малолетних детей, престарелых родителей-инвалидов, на необходимость содержать семью и тому подобное, считая, что по этим причинам их должны отпустить домой.

Путь, по мнению автора этих строк, тупиковый. Юридического значения эмоции не имеют, а разжалобить вершащего правосудие… У кого как, а у меня давно сложилось впечатление, что судьи работают будто станки по вынесению приговоров, и все человеческое, способное к состраданию, в них если когда-то и было, то давно атрофировалось как граничащее с профнепригодностью.

И давить на жалость бессмысленно, да и некрасиво.

А вот развернуть дело вспять, зацепившись за нарушение судьей первой инстанции исключительно процедурных моментов, – здесь куда больше шансов на успех.

Приведу два примера судебных процессов в отношении профсоюзных лидеров в нашей необъятной стране.

ПРИМЕР ПЕРВЫЙ

Следствие и суд шли долго. Обвинение было серьезным, а срок, выданный к отсидке, солидным.

Апелляционные жалобы профлидера и его защитника расписывали многочисленные несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам.

Но кроме этого, перелистывая в очередной раз многотомное дело при подготовке к апелляционному заседанию, опытный защитник обнаружил не бросавшийся до того в глаза документ.

Дело в том, что на первом заседании суда, когда заслушивалось обвинение и выполнялись прочие формальности, работавший с подсудимым адвокат был занят в другом процессе и явиться не смог. И суд назначил защитника из числа, по сути, первых попавшихся.

Этот один день работы адвоката полагалось оплатить.

Судья в тот же день вынес постановление, в котором было сказано, что “в судебном заседании суда первой инстанции в качестве защитника осужденного профлидера по назначению участвовала адвокат такая-то”.

Рассмотрение дела судом только начиналось. Профлидер находился в статусе подсудимого, и до признания его виновности было еще очень далеко. А судья уже назвал его осужденным. То есть высказал свое мнение относительно судьбы обвиняемого до вынесения приговора.

Статья 61 УПК говорит, что судья не может участвовать в производстве по уголовному делу в случаях, когда обстоятельства позволяют полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе данного уголовного дела. Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным судом РФ в определении от 01.11.

2007 № 799-О-О, “высказанная судьей в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела позиция относительно наличия или отсутствия события преступления, обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого, достаточности собранных доказательств определенным образом ограничивала бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и постановлении приговора или иного итогового решения”.

И поскольку указанная выше позиция судьи первой инстанции по существу предрешила исход разбирательства, тот судья не вправе был рассматривать дело по обвинению профлидера. Несмотря на это, спустя почти год под председательством того же судьи в отношении профлидера был вынесен обвинительный приговор.

На эти процедурные нарушения адвокат указал в дополнение к своей апелляционной жалобе и ходатайствовал об отмене приговора.

Суд второй инстанции нашел доводы защитника о нарушении уголовно-процессуального закона при постановлении обвинительного приговора обоснованными, а рассмотрение дела судьей, заранее высказавшим мнение о виновности подсудимого, – существенным нарушением права профлидера на защиту.

Учитывая, что допущенные в суде первой инстанции нарушения закона затрагивали основополагающие принципы уголовного судопроизводства, их устранение оказалось невозможно в суде апелляционной инстанции. Обвинительный приговор подлежал отмене с направлением уголовного дела на новое разбирательство в тот же суд, но в ином составе.

Всем было понятно, что в материалы уголовного дела вкралась самая обычная описка. Даже не судейская, а секретарская. Но! Процедура была нарушена, а подобное карается вышестоящим судом строго.

ПРИМЕР ВТОРОЙ

В ходе другого судебного процесса другому профлидеру помимо основного наказания в виде реального лишения свободы назначили штраф в сумме 8 млн рублей.

Согласно п. 4 ст. 307 УПК суд в обвинительном приговоре должен указать “мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия”.

Говоря о сроке, суд первой инстанции указал, что “с учетом всех материалов дела, характеристики личности подсудимого, тяжести совершенного им преступления, суд считает возможным достижение целей восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений только при назначении наказания в виде лишения свободы”. Таким образом, мотивы назначения реального срока были понятны. Не будем рассуждать о справедливости, исправлении, предупреждении новых преступлений – это материал для другой публикации.

А вот в отношении штрафа было сказано лишь: “…суд, с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденного и его семьи применяет дополнительное наказание в виде штрафа”. То есть следовала лишь констатация факта без указания мотивов. Интересно, как суд высчитывал имущественное положение…

На отсутствие мотивировки со стороны суда первой инстанции и – следовательно – на неправомерность штрафа защита указала в апелляционной жалобе. Стоит отметить, помимо этого в жалобе указывалось на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела по многим пунктам.

Апелляционной суд, проигнорировав все доводы о несоответствии выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела (и оставив срок отбывания наказания прежним), пошел навстречу осужденному именно в вопросе штрафа. Суд постановил, что решение о необходимости назначения в качестве дополнительного наказания в виде штрафа “в нарушение требований п. 4 ст. 307 УПК не мотивировано и подлежит исключению”.

Таким образом, профлидер поехал отбывать срок на зону, но от выплаты 8 млн рублей был освобожден.

*   *   *

Эти примеры в некоторой мере иллюстрируют работу судов апелляционной инстанции. Можно сделать выводы о том, что к основным доводам защиты они так же глухи, как и суды первых инстанций.

Но нарушения процессуальные со стороны нижестоящих судов караются жестко – отменой отдельных видов наказания или даже целых приговоров. Это лишний раз подтверждает, что формально судебный процесс выстроен в РФ на “отлично”. Грубых нарушений УПК вы не найдете. Внешне придраться не к чему.

Но к аргументам защиты по сути обвинения ни одна судебная инстанция прислушиваться не будет.

Судебный процесс, как правило, превращается в торжество гособвинения. Суд соглашается почти со всеми доводами последнего и игнорирует все доводы защиты. И не имеет особого значения, что именно говорит подсудимый и его защитник, – скорее всего, судом это будет отброшено без объяснений.

Сегодняшним сюжетом мы заканчиваем серию публикаций, основной темой которых было разбирательство в судах первой и апелляционной инстанций, а также типичные ситуации, в которые все чаще попадают профлидеры. Все материалы основывались на реальных событиях и конкретных уголовных делах.

Следующей публикацией мы начнем серию сюжетов, касающихся досудебного уголовного преследования профактивистов (в том числе – задержания, суда по мере пресечения, предъявления обвинения).

И постараемся дать несколько практических советов относительно того, какую тактику применять в ходе допроса, как общаться с соседями по камере и так далее.

Особое внимание следует уделить такому знаковому персонажу, как адвокат, и его роли в досудебном и судебном процессе.

Ведь от тюрьмы, как говорит народная мудрость, зарекаться не следует.

Источник: https://www.solidarnost.org/Blog/edmond-dantes/Obzhalovanie_obvinitelnogo_prigovora.html

Пресечение без меры

Арест в зале суда после оглашения приговора

Суды ежегодно избирают эту меру пресечения в 90 тыс. случаев постановления приговоров, и оспорить её практически невозможно: выйти из СИЗО до апелляции ранее удалось лишь фигурантам громких дел Алексею Навальному и гематологу Елене Мисюриной.

См. также:
Филатьев В. А. Решение о заключении под стражу как часть приговора: проблема детерминированности
Филатьев В. А. Решение о заключении под стражу как часть приговора: мера пресечения или обращение наказания к исполнению
Филатьев В. А. Решение о заключении под стражу как часть приговора: о немедленном исполнении и безотлагательном обжаловании

В Конституционный Суд Российской Федерации и Европейский Суд по правам человека подано несколько жалоб осуждённых в России на арест в зале суда до вступления в силу обвинительного приговора.

Брать под стражу находившихся на свободе лиц в момент назначения им реальных сроков позволяет Уголовно-процессуальный кодекс.

Совет при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека и Институт государства и права РАН призывали запретить эту массовую практику, но КС пресечь её до сих пор отказывался.

Порядок избрания меры пресечения одновременно с приговором обжаловал в КС и ЕСПЧ осуждённый в 2018 году за взятку чиновник ГБУ «Тюменская база авиационной и наземной охраны лесов» Василий Нешатаев.

Аналогичная жалоба поступила в КС от осуждённого в 2017 году за мошенничество бывшего следователя СКР из Калининграда Евгения Синюшкина.

Приговором суда первой инстанции избранная им ранее мера пресечения в виде подписки о невыезде была отменена, и они были взяты под стражу в зале суда.

Согласно жалобам вопрос об их аресте был разрешён судом в совещательной комнате при вынесении приговора по собственной инициативе: возможности представить возражения и доказательства надлежащего поведения подсудимых у стороны защиты не было. Решение о заключении заявителей под стражу суд в приговоре не мотивировал.

«Отсутствие в тексте приговора каких-либо оснований для избрания заключения под стражу свидетельствует о нарушении принципа презумпции невиновности, поскольку мера пресечения изменена подсудимым в целях исполнения наказания по не вступившему в силу приговору», — считает представитель заявителей адвокат Владислав Филатьев.

По общему правилу избрание меры пресечения на досудебной стадии можно оспорить в апелляции безотлагательно — Уголовно-процессуальный кодекс требует рассматривать такие жалобы в трёхдневный срок.

Однако, как ранее признал КС, жалоба на незаконное избрание меры пресечения, указанное в тексте приговора, может быть рассмотрена в апелляции вместе с самим приговором. В итоге такие лица месяцами находятся в СИЗО по не вступившему в силу приговору.

Единственным исключением из этого правила было освобождение в 2013 году Алексея Навального и Петра Офицерова на следующий день после их ареста в зале суда в момент провозглашения приговора по делу «Кировлеса», причем апелляционное представление подала прокуратура, указав помимо отсутствия оснований для заключения обвиняемых под стражу, что это помешает господину Навальному баллотироваться на выборах мэра Москвы.

Как указывал КС, отправленные в СИЗО по приговору заявители могут кроме апелляции подать ходатайство об отмене или изменении им меры пресечения.

Но эта процедура не предполагает проверки вышестоящим судом законности и обоснованности решения об избрании меры пресечения, и суды удовлетворяют такие ходатайства крайне редко — в связи с общественным резонансом или состоянием здоровья осуждённого.

Самым громким было освобождение в начале этого года Мосгорсудом из-под стражи гематолога Елены Мисюриной, которой тот же суд впоследствии отменил приговор, вернув дело на доследование.

Летом этого года Мосгорсуд отменил заключение под стражу отправленного в Матросскую тишину из зала суда полностью парализованного Антона Мамаева, который затем был освобождён апелляционной инстанцией от отбывания наказания.

Адвокат Владислав Филатьев уже больше года добивается в КС отмены практики необоснованного взятия под стражу по не вступившему в силу приговору.

Предыдущие жалобы на очевидную невозможность безотлагательного обжалования лишения свободы в таких случаях КС отклонил, при этом ни в одном из отказных определений не разъяснил, подлежат ли пересмотру в сокращённые сроки приговоры, при вынесении которых избиралась мера пресечения в виде ареста.

Однако, по мнению адвоката Филатьева В.А., в этом и заключается правовая коллизия, требующая разрешения в связи с жалобами, которые сейчас изучает КС. В них приводятся и другие новые доводы — о неконституционности самого порядка избрания меры пресечения вместе с приговором.

«В нарушение принципов состязательности и равноправия сторон, презумпции невиновности и иных конституционных предписаний суд выносит приговор фактически без учёта мнения стороны защиты о мере пресечения, поскольку действующие нормы УПК вынуждают её не высказываться по данному вопросу в прениях и последнем слове, если подсудимый и его адвокаты настаивают на оправдании или наказании без лишения свободы. Любые возражения против взятия подсудимого под стражу на случай назначения ему реального срока лишали бы убедительности позицию защиты по существу дела», — убеждает КС адвокат Филатьев.

Согласно ст.

108 УПК заключать под стражу следует при невозможности применения более мягкой меры пресечения, а избирать более строгую — в случае, если основания для её избрания изменились: обвиняемый может скрыться от суда, заниматься преступной деятельностью, угрожать участникам процесса, воспрепятствовать рассмотрению дела или уклониться от исполнения приговора.

В жалобах говорится, что этот вопрос должен обсуждаться после вынесения приговора в отдельном заседании с обеспечением состязательности сторон. Такие решения должны приниматься в исключительных случаях (при наличии достоверных данных, свидетельствующих о намерении подсудимого скрыться), с мотивировкой и возможностью их безотлагательного обжалования.

УПК разрешает применять заключение под стражу как более строгую меру пресечения, если изменились основания, по которым была избрана ранее действовавшая, отмечается в обращениях. При этом УПК и Международный пакт о гражданских и политических правах признают в качестве гарантии явки в суд апелляционной̆ инстанции или для исполнения приговора применение «любой меры пресечения».

«Арестовывать сразу после вынесения приговора – постыдная традиция, от которой необходимо избавляться», — утверждает господин Филатьев.

По данным Судебного департамента при Верховном Суде, за первое полугодие суды вынесли обвинительные приговоры в отношении 341 тыс.

лиц (половина касается дел небольшой тяжести, по которым мера пресечения в виде взятия под стражу возможна лишь в исключительных случаях) и оправдали 1044 подсудимых. По приговору было взято под стражу 42,5 тыс.

человек, отправлено под домашний арест 3,27 тыс., под залог — 135 человек. При этом 2049 обвинительных приговоров были в апелляции отменены.

Адвокат Ольга Михайлова, защищавшая Алексея Навального и Петра Офицерова, cчитает, что «порочную практику породил пробел в законодательстве относительно процедуры обжалования взятия под стражу в зале суда».

Недавно судья гарнизонного суда Москвы отказался передать в апелляцию жалобу в части приговора, касающейся избрания меры пресечения, отказав в этом письмом, которое невозможно обжаловать, отметила госпожа Михайлова.

«Теоретическая возможность изменить меру пресечения до вступления приговора есть, хотя это юридическая фикция: по сути подается жалоба, по форме – ходатайство», — говорит руководитель практики уголовного права и процесса юрфирмы «Инфралекс» Артем Каракасиян.

Член СПЧ адвокат Юрий Костанов подтвердил, что в таких случаях обвиняемый фактически лишается возможности обжаловать меру пресечения.

«Если она избирается вместе с приговором, весь комплекс вопросов, которые нужно рассмотреть, суд оставляет в стороне и берёт под стражу автоматически, не мотивируя замену более слабой меры пресечения на более тяжелую». «Процедуру принятия приговора и избрания в связи с ним меры пресечения можно разделить», — согласен господин Костанов. «У суда нет обязанности менять меру пресечения при постановлении приговора — это ошибочная практика», — считает адвокат Генри Резник.

Пересмотреть судебную практику в отношении взятия подсудимого под стражу в зале суда и запретить избирать такую меру находившимся на свободе осуждённым до вступления в силу приговора предложил весной этого года президентский Совет по правам человека.

«Если ранее избранная мера пресечения не нарушалась и не возникли какие-либо новые обстоятельства к моменту вынесения приговора, очевидно, что какие-либо условия для изменения меры до вступления приговора в законную силу отсутствуют», — считает СПЧ.

В документах СПЧ говорится, что по данным опроса адвокатов, преподавателей юридических вузов и сотрудников правоохранительных органов «профессиональное сообщество согласно с изложенной выше позицией».

Генпрокуратура и СКР предложение СПЧ не поддержали.

Но Институт государства и права РАН считает, что «изменение меры пресечения, избранной на досудебной стадии, и не связанной с лишением свободы (домашний арест, подписка о невыезде, залог) на более строгую — заключение под стражу в зале суда, нарушает принципы уголовно-процессуального законодательства и положения Конституции».

При этом институт предлагает «на законодательном уровне закрепить процедуру обжалования решения суда первой инстанции об избрании меры пресечения, после вынесения обвинительного приговора».

Институт законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ отмечает «широкое применение залога в качестве меры пресечения для обеспечения исполнения обвинительного приговора» на Западе. В Российской Федерации «избрание и применение меры пресечения в виде заключения под стражу в правоприменительной практике распространено довольно широко», а «принцип презумпции невиновности не нашел достаточно глубокого воплощения в уголовно-процессуальном законодательстве», — констатируют эксперты.

/ подготовлено по материалам публикации ИД «КоммерсантЪ» /

Источник: https://advokat39.ru/news/presechenie-bez-mery.html

Освобождение задержанного, арестованного по уголовному делу

Арест в зале суда после оглашения приговора
По закону освобождение арестованного возможно в любой момент расследования уголовного дела, как до суда, так и в суде. Рассмотрим подробнее основания освобождения лиц, арестованных по уголовным делам.

Каждый арестованный имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение (ст. 9 Пакта о гражданских и политических правах, ст.

5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод).
Но в УПК РФ нет специальной статьи, регламентирующей освобождение из-под стражи арестованного до суда или в течение разумного срока. Тем не менее, закон предусматривает условия, при которых освобождение возможно.

На практике из-под стражи (ареста) освобождают редко, хотя в некоторых случаях – это единственное требование УПК РФ.

Основания для освобождения арестованных лиц

Нарушение срока начала ознакомления с делом

Если после окончания предварительного следствия материалы уголовного дела были предъявлены обвиняемому и его защитнику позднее чем за 30 суток до окончания предельного срока содержания под стражей, то по его истечении обвиняемый подлежит немедленному освобождению. При этом за обвиняемым и его защитником сохраняется право на ознакомление с материалами уголовного дела (ч. 5, 6 ст. 109 УПК).

Изменение содержания под стражей на более мягкую меру

Арест изменяется на более мягкую меру пресечения, когда изменяются основания для его избрания, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ.

Как правило, при решении судом вопроса о продлении срока содержания под стражей защита ходатайствует об освобождении арестованного.
В условиях состязательного процесса обвиняемый выступает в качестве стороны, которая должна активно осуществлять свое право на защиту. Для этого обвиняемый должен иметь свободу передвижения.

Соответственно, закон следует международно-правовому принципу, согласно которому освобождение может ставиться в зависимость от предоставления гарантий явки в суд. Наибольшие гарантии явки из всех психолого-принудительных мер пресечения предоставляет залог, что делает его иногда единственной альтернативой заключению под стражу.

В последующем, если арест продлен, подается жалоба. Обжалование не приостанавливает исполнение меры пресечения. По смыслу процессуального закона существуют единые правила обжалования и решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и решения о продлении срока применения данной меры пресечения (ч.

11 ст. 108). Жалоба подается в течение 3 суток с момента вынесения решения и рассматривается судом не позднее 3 суток с момента ее поступления. Решение суда апелляционной инстанции об отмене постановления судьи об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу либо продлении подлежит немедленному исполнению.

Отмена меры пресечения в виде заключения под стражу

Отмена ареста возможна по нескольким причинам. Первая – в данной мере пресечения отпала дальнейшая необходимость, и она изменяется на более мягкую, когда это вызывается обстоятельствами дела. Например, заключено досудебное соглашение. Вторая причина отмены ареста – когда вышестоящей судебной инстанцией выявлены нарушения закона и решение суда об аресте либо его продлении отменено.

_ Заболевание арестованного

Мера пресечения в виде заключения под стражу также изменяется на более мягкую при выявлении у подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления тяжелого заболевания, препятствующего его содержанию под стражей и удостоверенного медицинским заключением, вынесенным по результатам медицинского освидетельствования.
Перечень тяжелых заболеваний, препятствующих содержанию под стражей арестованных, порядок их медицинского освидетельствования и форма медицинского заключения утверждены Правительством РФ.

Отмена и освобождение арестованного производится по постановлению дознавателя, следователя или судьи либо по определению суда (ч. 2 ст. 110 УПК).

Истечение срока содержания под стражей

Истечение срока содержания под стражей или отсутствие решения суда о продлении срока ареста по иным причинам является основанием для освобождения подозреваемого, обвиняемого или подсудимого. Механизм освобождения предусмотрен ч. 3 ст. 94 УПК и ч. 2, 3 ст.

50 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» и состоит в следующем.

Не позднее чем за 24 часа до истечения срока содержания под стражей начальник места содержания под стражей обязан уведомить об этом ведущий процесс орган, а также прокурора, которым предписано освободить всякого содержащегося под стражей свыше установленного срока (ч. 2 ст. 10 УПК).

Если по истечении срока содержания под стражей решение об освобождении или о продлении срока (сообщение об этом решении) не поступило, то начальник места содержания под стражей освобождает обвиняемого своим постановлением. Об освобождении обвиняемого начальник места содержания под стражей уведомляет орган, ведущий данное дело.

Приговор суда с освобождением из-под стражи

При вынесении оправдательного приговора в отношении арестованного, либо обвинительного приговора без назначения наказания, обвинительного приговора с назначением наказания и с освобождением от его отбывания, обвинительного приговора с назначением наказания, не связанного с лишением свободы, или наказания в виде лишения свободы условно подсудимый, находящийся под стражей, подлежит немедленному освобождению в зале суда. Освобожденному из-под стражи лицу немедленно выдается выписка из приговора с указанием об отмене меры пресечения.

При произнесении оправдательного вердикта присяжных председательствующий тотчас же объявляет подсудимого оправданным и освобождает из-под стражи в зале судебного заседания. Объявление оправдательного вердикта не означает, что судебное заседание закончено.

Отдельные ситуации освобождения арестованного по уголовному делу

В какие сроки освобождается лицо, содержащееся под стражей, если судом принято решение об изменении ему этой меры пресечения?

Если лицо, содержащееся под стражей, участвует в судебном заседании и судья выносит постановление об изменении ему меры пресечения на иную, то освобождение арестованного из-под стражи происходит немедленно в зале судебного заседания. Если же лицо не присутствует в зале судебного заседания, то судья направляет копию судебного постановления в тот СИЗО, в котором это лицо содержится, для немедленного исполнения.

Имеет ли право прокурор принять решение об освобождении из-под стражи подозреваемого (обвиняемого)?

Прокурор имеет право возражать и высказать свое мнение по поводу ареста подозреваемого (обвиняемого) в суде при решении вопроса об избрании либо продлении ему меры пресечения в виде заключения под стражу.

Когда следствие окончено и уголовное дело направляется в суд, то прокурор, установив, что следователь нарушил требования части пятой статьи 109 УПК, а предельный срок содержания обвиняемого под стражей истек, отменяет данную меру пресечения.

Возможно ли повторное заключение под стражу по одному и тому же уголовному делу, если ранее арест был обжалован и отменен?

Да, если уголовное преследование освобожденного из-под стражи лица не прекращено, и следствие установило новые обстоятельства в отношении ранее арестованного.

Повторный арест одного и того же лица по одному и тому же уголовному делу становится невозможен только при условии, что после освобождения лицо неукоснительно является на все вызовы и не препятствует следствию, иными словами следствием не открыты новые обстоятельства, делающие заключение под стражу необходимым.

Источник: http://advokat-zashchitnik.ru/ygolovnyu_protses/osvobozdenie_zaderzannogo_arestovannogo_po_ugolovnomu_delu.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.