Деяние виновность общественная опасность

Уголовное право. Общая часть

Деяние виновность общественная опасность

Как уже отмечалось, с позиций обыденного представления о человеческом поведении в преступном деянии нет ничего необычного, т.е. такого, чтобы раз и навсегда какой-то непреодолимой гранью отделяло его от действий дозволенных, а следовательно, разрешенных.

Убийство жертвы и лишение жизни вражеского солдата во время сражения могут быть совершены абсолютно одинаковыми действиями. Практически можно представить себе любую разновидность человеческого действия, которая в определенном случае может стать преступлением.

Вместе с тем преступление всегда имеет определенные особенности.

Уже говорилось о том, что уголовное право предусматривает наказание не за помыслы и настроения, а за реальные действия. Именно в них концентрируется общественная опасность и противоправность. Российское уголовное право и наука уголовного права всегда отвергали возможность уголовной ответственности за так называемое «опасное» состояние, т.е. за помыслы, желания, побуждения.

Действующее уголовное законодательство считает само их наличие недостаточным, чтобы привлечь субъекта к уголовной ответственности, сколь бы ни были опасны его мысли и настроения. Итак, общественная опасность деяния сконцентрирована в его объективной стороне, т.е.

в самом действии и его результатах. Поэтому первый вопрос, на который следует ответить, состоит в том, как и каким образом законодатель отбирает из необозримого количества человеческих поступков те, которые он фиксирует в законе как преступные.

Почему только определенные действия преследуются и наказываются?

На этот вопрос следует ответить так: действия людей, совершаемые под контролем сознания и воли, объявляются преступными тогда, когда представляют собой значительную опасность для большинства населения, для общества в целом или для определенной категории граждан. Отрицательная оценка деяний, даваемая обществом и государством, является в определенных случаях поводом для объявления их преступными или противоправными с точки зрения других отраслей права.

Общественная опасность деяния, ее характер и степень служат критерием для его отнесения к преступлениям и правонарушениям (административным, дисциплинарным, гражданско-правовым и др.).

Основанием для вывода об общественной опасности деяния является ущерб, причиняемый деянием социальному благу, либо реальная опасность такового. Иными словами, основанием для отнесения поступков и действий человека к категории опасных деяний служит то, что в них заложена реальная способность к причинению вреда общественным отношениям, которые выражают социальные ценности общества.

Они зависят от экономического и социального развития общества. Поэтому изменение общественных отношений, социальных учреждений, взглядов и представлений влечет за собой корректировку социальных ценностей, а следовательно, и представлений об общественной опасности деяния.

Итак, в основе общего понятия общественной опасности деяния лежит совокупность элементов, характеризующих именно объективную сторону преступного деяния, — это фактический аспект понятия объективной стороны.

Юридический аспект характеризует степень и характер опасности. Здесь уже следует учитывать множество привходящих моментов, которые можно было бы игнорировать при решении философской стороны проблемы.

В первую очередь необходимо учитывать субъективные моменты, в частности: вину субъекта преступления, мотивы, цели и т.п.

Признак общественной опасности в уголовном праве принято считать материальным, поскольку его социальные свойства таковы, что не определяются правом.

Последнее лишь фиксирует его в конкретном законодательном акте и поэтому запрещает совершение определенных действий.

Все правонарушения общественно опасны, но специфика преступного заключается в том, что в нем заложена качественно особая общественная опасность, отличная от всех других опасностей, предусмотренных иными отраслями права.

Общественная опасность правонарушения — объективное свойство преступления. Законодатель лишь фиксирует эту опасность, формулируя соответствующую норму в законе и устанавливая определенную меру ответственности (санкцию).

Но было бы вульгаризацией придавать категорическое значение объективности общественной опасности, ибо законы есть творения людей, и в каждой правовой норме, в каждом законе имеются отпечатки, особенности человеческой индивидуальности, правовой идеологии и правовых чувств.

Не следует забывать вещее предупреждение Гегеля, заметившего, что в этом царстве изменчивости и случайности понятие не имеет силы, а могут иметь силу лишь основания.

Юриспруденция, например, как и система налогов, не требует окончательных решений, лежащих вне пределов определенного понятия, а поэтому они оставляют широкое место для определений, которые могут быть теми или иными, в зависимости от избранности основания, и, таким образом, не обладают окончательной достоверностью.

Поэтому нормы права могут изменяться, совершенствоваться и отменяться. Словом, каждый закон содержит в себе субъективные моменты, и это вовсе не произвол законодателя.

Как известно, общественно-политическая оценка преступления выражается в признании его общественной опасности.

Противоправность же означает официальное признание данного деяния общественно опасным, индивидуализирует его, придает ему определенную форму, наделяет соответствующей степенью, т.е. делает его реальностью.

Но это преображение общественной опасности в противоправность производится людьми, имеющими отношение к правотворческой деятельности, и в нем отражаются научные, моральные и индивидуальные взгляды, настроения, представления и даже эмоциональная оценка. Немаловажны при этом эрудиция, опыт, мудрость и осторожность творцов законов.

Следует подчеркнуть, что любое человеческое поведение, каким бы оно ни казалось лицу, наделенному самыми высокими нравственными полномочиями, или отдельной группе людей власть предержащих, не может влечь за собой уголовную ответственность, пока не признано противоправным.

Вместе с тем, каким бы аморальным ни казалось то или иное поведение субъекта, оно признается общественно опасным, если не отменено законом. Именно в этом заключается нравственный смысл противоправности.

Например, ст. 80 УК РФ предусматривает освобождение от уголовного наказания лица, совершившего преступление небольшой или средней тяжести, если будет установлено, что вследствие изменения обстановки оно перестало быть «общественно опасным».

Подобное может быть вызвано существенными изменениями как в социально-политической жизни общества и государства, так и в жизни и поведении субъекта, совершившего преступление.

Эту статью можно условно назвать суррогатом индивидуального помилования.

В заключение следует отметить: если другая отрасль права (кроме уголовного) запрещает или преследует какое-либо деяние, то вовсе необязательно, что оно автоматически превращается в преступление. Но если деяние является уголовно-противоправным, оно ни при каких обстоятельствах не может быть разрешено другой отраслью права.

Более того, лицо, освобожденное от уголовной ответственности как действовавшее в силу крайней необходимости, не освобождается от гражданской ответственности за причиненный вред.

Это объясняется единой природой общественной опасности различных правонарушений и единой ее сущностью во всех правонарушениях.

Главным признаком, отличающим одно правонарушение от другого, является степень такой опасности.

Сказанное, разумеется, не означает, что это единственный отличительный признак, но он является основным и решающим при отграничении преступлений от других проступков. Так, ст.

168 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за неосторожное уничтожение или повреждение чужого имущества в крупных размерах.

Из диспозиции этой статьи следует, что уголовная ответственность за уничтожение чужого имущества в некрупных (незначительных) размерах не является преступлением, а образует гражданское правонарушение.

Источник: https://isfic.info/ugolov/stern63.htm

Понятие и признаки преступления

Деяние виновность общественная опасность

В Российской Федерации уголовный закон (ч. 1. ст. 14 УК) устанавливает, что преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания.

По мнению российского законодателя и подавляющего большинства ученых-криминалистов, это определение наиболее полно отражает те обязательные признаки преступления, как опасного социального явления. Такими признаками являются:

1. Виновность.

2. Общественная опасность деяния.

3. Уголовная противоправность.

4. Наказуемость.

Насколько данное в законе определение соответствует действительности?

Не соответствует. И вот почему.  

В Российской Федерации уголовный закон устанавливает: «Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом» (ст. 8 УК).

СОСТАВ ПРЕСТУПЛЕНИЯ – в науке уголовного права общепризнанно, что это совокупность установленных уголовным законом объективных и субъективных признаков, характеризующих общественно опасное деяние как преступление.

Они условно распределены (разделены) между четырьмя подсистемами состава:

– объект, объективной сторона (объективные признаки)

– и субъект, субъективная сторона (субъективные признаки).

Где здесь наказуемость? Ее нет, но состав то преступления есть. Преступление то никуда не делось.

Необходимость руководствоваться при уяснении признаков состава преступления не только положениями норм Общей части, но и диспозициями статей Особенной части УК с очевидностью обнаруживается, как только у правоприменителя возникает потребность установить, что именно инкриминируемое виновному деяние запрещено уголовным законом. Закрепленные в диспозиции статьи Особенной части УК признаки состава преступления указывают на те характерные особенности преступления, которые позволяют отграничивать его от других сходных по признакам преступлений.

Причем здесь наказуемость?

Вот так просто решается эта проблема.

Поэтому преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом.

Такими признаками являются:

1. Виновность.

2. Общественная опасность деяния.

3. Уголовная противоправность.

Но мы продолжим.

Почему наказание (наказуемость) – уголовно-правовое последствие, а не обязательный признак преступления?

В начале, слово великому К. Марксу.

К. Маркс писал, что следующее за преступлением «наказание есть не что иное, как средство самозащиты общества против нарушений условий его существования, каковы бы ни были эти условия»[1].

То есть, преступление всегда предшествует наказанию. Нет преступления, нет и наказания.

Во-вторых, это явление (наказание) по существу не связано с самим преступлением, а есть «средство самозащиты общества» от него.

Но всегда ли это «средство самозащиты общества» применяется к лицу, совершившему преступление.

Да нет, государство действует избирательно, разумно преследуя определенные цели.

Действительно ли наказуемость, как полагаю ученые-криминалисты, означает, что за каждое общественно опасное деяния, запрещенное уголовным законом должна наступать уголовная ответственность в виде строго определенных лишений либо ограничений?

Да нет. Это глупость.

Не подлежат уголовной ответственности:

А) лица совершившее общественно опасное деяния, запрещенное уголовным законом невиновно (например, ст. 28 УК РФ);

Б) лица, в силу обстоятельства исключающего преступность деяния (Глава 8. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ИСКЛЮЧАЮЩИЕ ПРЕСТУПНОСТЬ ДЕЯНИЯ);

В) лица совершившее общественно опасное деяния, запрещенное уголовным законом в состоянии невменяемости. Такие лица не подлежат уголовной ответственности им назначаются принудительные меры медицинского характера.

Все они совершают общественно опасные деяния, запрещенные УК РФ, но не подлежат уголовной ответственности.

А по поводу должна наступать, то предлагаю ознакомиться – Глава 11. ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.

То есть, уголовная ответственность может и не ступить, ибо от нее могут освободить.

Согласно ч. 2 ст. 43 УК целями наказания являются восстановление социальной справедливости, а также исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений (превенция).

Та же социальна справедливость – это не месть, возмездие или требование ужесточения санкций, а справедливое «осуждение» (порицание) государством и обществом совершенного преступления, лица его совершившего. Да и исправление, предупреждение совершения новых преступлений возможно без наказания.

Ведь существует в уголовном законе РФ целый Раздел IV. ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ.

А институт амнистии (Ст. 84 УК РФ).

Часть 2 ст. 84 УК РФ гласит, что Актом об амнистии лица, совершившие преступления, могут быть освобождены от уголовной ответственности. Лица, осужденные за совершение преступлений, могут быть освобождены от наказания…

Немного о криминализации.

Памятуя слова Ричарда Куинни: «Никакое поведение не является преступным до тех пор, пока оно не будет определено таковым государством в установленном порядке»[2] обозначим главное в основе любого преступления, лежит поведение человека (ибо не создан еще искусственный разум), а не наказание.

Наказание – это одно из уголовно-правовых средств борьбы с преступным поведением.

Как правильно отмечает В.Н. Кудрявцев, «норма уголовного закона должна предусматривать те и только те деяния, которые действительно опасны для общества и с которыми вести борьбу можно только уголовно-правовыми средствами»[3].

Поэтому, криминализация предполагает отнесение того или иного общественно опасного деяния в разряд деяний, запрещенных уголовным законом.

Решая вопрос о криминализации деяния, следует исходить из тех целей уголовного законодательства, которые могут рассматриваться как социально приемлемые. Таких целей четыре. Первая из них заключается в точном определении правил поведения, установленных государством, а также в информировании общества об этих правилах.

Вторая цель уголовного законодательства состоит в том, чтобы эффективно содействовать разрешению конфликтов, возникающих в обществе. Третья цель — воздействие на поведение людей в предписываемом правом направлении.

Наконец, в-четвертых, это установление контроля над определенными формами отправления государственной власти»[4].

  И. М. Гальперин попытался найти более разносторонний подход к этой проблеме.

«Если попытаться в самой общей форме, – пишет он, – выразить те положения, которые связаны с установлением на основе социологического анализа предпосылок и факторов для принятия решения о введении уголовной ответственности, то, думается, необходимо разрешить комплекс задач.

Мы можем сформулировать их в следующем виде: а) изучение распространенности конкретных действий и оценка типичности их как формы проявления антиобщественного поведения; б) установление динамики совершения указанных деяний с учетом причин и условий, их порождающих; в) определение причиняемого такими деяниями материального и морального ущерба; г) определение степени эффективности применявшихся мер борьбы с указанными деяниями как посредством права, так и посредством иных форм; д) установление наиболее типичных и опасных объективных и субъективных признаков деяний; е) оценка возможности правового определения признаков того или иного деяния как элементов состава преступления; ж) установление общих личностных признаков субъектов деяний; з) выявление общественного мнения различных социальных групп; и) определение возможностей системы уголовной юстиции в борьбе с определенными деяниями»[5].

И так. 

Криминализация предполагает отнесение того или иного общественно опасного деяния в разряд деяний, запрещенных уголовным законом.

Нельзя криминализировать наказание – это абсурд.

Поэтому существует процесс пенализации.

Процесс пенализации не может влиять на объем и процесс криминализации того или иного деяния.

Ведь пенализация, по существу, сводится к определению уголовно-правовой санкции, ее вида, размера, а также условий назначения и исполнения наказания в отношении лиц, виновных в совершении преступлений.

Следовательно, она отражает и может изменять законодательную оценку характера и степени общественной опасности деяния.

В российском уголовном законодательстве приняты три разновидности дифференциации преступлений. Во-первых, категоризация по характеру и степени общественной опасности на четыре крупные категории преступлений. Статья 15 УК РФ предусматривает категоризацию преступлений на преступления небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие.

В основание этой категоризации положены как форма вины, так и максимальное наказание, предусмотренное санкцией соответствующей статьи. Во-вторых, классификация по родовому объекту посягательства.

В-третьих, преступления, однородные по характеру общественной опасности, дифференцируются по степени общественной опасности на простые, квалифицированные, привилегированные.

Диссертационное исследование, проведенное автором этих строк, позволяет утверждать, что пенализация – это процесс, состоящий из трех этапов: а) первый этап – это определение характера наказуемости деяния; б) второй этап – установление наказания за деяния, уже признанные преступными; в) третий этап – фактическая наказуемость деяния (т.е. назначение уголовного наказания в судебной практике с учетом индивидуальных особенностей преступления и личности виновного).

P.S. Прошу читателя простить меня, но приведу еще одну аргументацию в полном объеме (Учение об объекте преступления. Методологические аспекты / Новоселов Г.П. – М.: Норма, 2001. С. 100 – 102).

В настоящее время в позиции законодателя очевидным является только одно: признаком понятия преступления в ч. 1 ст. 14 УК РФ названа не сама по себе наказуемость, а запрещенность деяния под угрозой наказания.

Часто встречающееся и по сей день отождествление одного с другим вызвано, однако, не столько бытующими представлениями о противоправности, сколько тем, что упускается различие между признаками понятия преступления и правовыми последствиями факта совершения преступления.

Безусловно, предусмотренность в уголовном законе наказания за каждое совершенное преступление – факт, в существовании которого сомневаться не приходится.

Дает ли это основание утверждать, что наказуемость является обязательным признаком преступления? О положительном решении данного вопроса могла бы идти речь в том случае, если бы наказуемость выступала одной из обязательных предпосылок признания деяния преступным. В отношении общественной опасности и виновности деяния для подобного утверждения есть все основания.

Что же касается наказуемости, то с ней дело обстоит иначе: обусловливать ею возможность оценки деяния в качестве преступления – явная ошибка, ибо вопрос о применении или угрозе применения наказания допустимо ставить лишь в ситуации, когда деяние уже мыслится в качестве преступления.

Действие (бездействие) преступно не потому, что его совершение влечет за собой применение или угрозу применения наказания. Как раз наоборот, применение или угроза применения наказания есть результат, правовое последствие признания действия (бездействия) преступным. Поскольку обязательные признаки преступления – то, без чего оно как таковое не существует, то вывод напрашивается сам собой: что бы мы ни имели в виду под наказуемостью (применение наказания или угрозу его применения), она в любом случае, предстает перед нами характеристикой правовых последствий, но никак не правовой природы, преступления.

Те же соображения позволяют считать небесспорной и идею рассмотрения наказуемости или угрозы наказуемости в качестве «компонента» какого-либо признака понятия преступления, в том числе и противоправности.

[1]  Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд. 2.Т. 8. С. 531.

[2] Qmnny R. The Social Reality of Crime. Boston, 1970. P. 207.

[3]   Кудрявцев В.Н. Криминализация: оптимальные модели // Уголовное право в борьбе с преступностью. М., 1981. С. 6.

[4] The decriminalization. La decriminalisation. Bellagio, 7—12 mai 1973. Centro Nationale di Prevenzione e difenso sociale. Milano. 1975. С. 70—72.

[5] Гальперин И.М. Уголовная политика и уголовное законодательство. В кн.: Основные направления борьбы с преступностью. М.: Юрид. лит., 1975, С. 58

Источник: https://zakon.ru/blog/2015/11/03/ponyatie_i_priznaki_prestupleniya

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.