Доказательства в упк рф

Доказательства в уголовном процессе. Предмет доказывания и средства доказывания

Доказательства в упк рф

в ч. 1 ст. 74 УПК РФ: доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Эти данные устанавливаются: показаниями подозреваемого и обвиняе­мого, показаниями потерпевшего и свидетеля, заключением и показаниями эксперта, вещественными доказательствами, протоколами следственных и судебных действий и иными документами (что закреплено в ч. 2 ст. 74 УПК).

Средства доказывания – доказательства, т.е.

любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке орган дознания, следователь, прокурор, суд или судья устанавливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Средства доказывания по уголовному делу – доказательства!

Предмет доказывания — это обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу. Согласно ст.

73 УПК в ходе производства по уголовному делу подлежат доказыванию: 1) событие преступления; 2) виновность лица в совершении преступления, форма вины и мотивы; 3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 4) характер и размер вреда, причиненного преступлением; 5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния; 6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания; 8) обстоятельства, подтверждающие, что имущество, в отношении которого решается вопрос о конфискации (ст. 104.1 УК РФ)

Доказывание в уголовном процессе осуществляется путем собирания, проверки и оценки доказательств в ходе предусмотренных законом следственных действий.

Таким образом, доказывание в уголовном процессе – это урегулированная УПК деятельность управомоченных на то государственных органов и должностных лиц по собиранию, проверке и оценка доказательств с целью установления обстоятельств совершенного преступления в предусмотренных законом порядке и пределах.

6. Формы предварительного расследования. Органы дознания и предварительного следствия.

Предварительное расследование – вторая стадия досудебного производства по уголовному делу, назначение которой состоит в подготовке уголовного дела для судебного разбирательства, а иногда – и для принятия здесь окончательного решения в виде прекращения уголовного дела или уголовного преследования.

Форма предварительного расследования – это совокупность процедур, условий и гарантий этой стадии. Форма предварительного расследования может усложняться или упрощаться в зависимости от степени тяжести преступлений и сложности их расследования.

Уголовно-процессуальный закон предусматривает две основных формы предварительного расследования: предварительное следствие и дознание.(ст.150 УПК)

Предварительное следствие – это наиболее полная форма предварительного расследования, обеспечивающая максимальные гарантии установления истины и реализации прав участников процесса. Оно обязательно по всем уголовным делам, за исключением тех, по которым производится дознание и дел возбуждаемых в порядке частного обвинения.

Предварительное следствие осуществляется следователями прокуратуры, органов внутренних дел, федеральной службы безопасности и органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ.

Для предварительного следствия в полной мере действуют все общие условия расследования, в нем реализованы все его институты, его срок составляет 2 месяца с возможностью дальнейшего продления.

Производство предварительного следствия обязательно по всем уголовным делам, за исключением уголовных дел о преступлениях по которым проводится дознание, которые указаны в части 3 ст.150 УПК.

Дознание – это упрощенная форма предварительного расследования, осуществляемого дознавателем или следователем по делу, по которому производство предварительного следствия не обязательно (п. 8 ст. 5 УПК). Дознание производится в общем порядке либо в сокращенной форме.

Условиями для производства дознания являются а) небольшая опасность преступления (дознание, как правило, производится по преступлениям небольшой или средней тяжести – ч. 3 ст. 150 УПК), б) невысокая сложность расследования (выраженная в наличии подозрения против конкретного лица – ч. 1 ст. 223 УПК).

Упрощение формы расследования при производстве дознания выражено:

– в правовом статусе дознавателей (которые обладают меньшей процессуальной самостоятельностью, чем следователи); – сокращении сроков (20 суток с возможным продлением до 30 суток);

– в отсутствии некоторых процессуальных институтов (процедуры привлечения лица в качестве обвиняемого, обвинительного заключения, следственной группы, помещения подозреваемого в медицинский стационар для проведения экспертизы и др.).

Органы дознания (Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации 18 декабря 2001 года N 174-ФЗ // Российская газета. 2001. 22 декабря.) – государственные органы и должностные лица, уполномоченные в соответствии с Уголовно-процессуальным Кодексом осуществлять дознание и другие процессуальные полномочия.

1. К органам дознания относятся:

1) органы внутренних дел Российской Федерации и входящие в их состав территориальные, в том числе линейные, управления (отделы, отделения, пункты) полиции, органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, в том числе территориальные и входящие в их структуру межрайонные, городские (районные) органы по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, а также иные органы исполнительной власти, наделенные в соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности;

2) органы Федеральной службы судебных приставов;

3) начальники органов военной полиции Вооруженных Сил Российской Федерации, командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений и гарнизонов;

4) органы государственного пожарного надзора федеральной противопожарной службы. По статьям 168, 219(ч.1), 261(ч 1,2), 167(ч.2) осуществляют дознание.

Органы дознания осуществляют: 1) дознание по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия необязательно;

2) выполнение неотложных следственных действий по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия обязательно;

Также, как и за органами предварительного следствия, за органами дознания устанавливается прокурорский надзор. Но в отличие от следователей, дознаватели обладают значительно меньшей процессуальной самостоятельностью, что сказывается на осуществлении органом полномочий отрицательно.

Органы ГПН – как орган дознания. Нормативно – правовая база.

Статья 40. Орган дознания

[Уголовно-процессуальный кодекс РФ] [Глава 6] [Статья 40]

1. К органам дознания относятся:

1) органы внутренних дел Российской Федерации;

2) органы Федеральной службы судебных приставов;

3) начальники органов военной полиции Вооруженных Сил Российской Федерации, командиры воинских частей, соединений, начальники военных учреждений и гарнизонов;

4) органы государственного пожарного надзора федеральной противопожарной службы.

2. На органы дознания возлагаются:

1) дознание по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия необязательно, – в порядке, установленном главой 32 настоящего Кодекса;

2) выполнение неотложных следственных действий по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, – в порядке, установленном статьей 157 настоящего Кодекса;

3) осуществление иных предусмотренных настоящим Кодексом полномочий.

Нормативно – правовая база

Источник: https://infopedia.su/1x1e36.html

О порядке исследования доказательств в уголовном процессе в россии

Доказательства в упк рф
Если верно, что Уголовный закон- это предельность того негативного, что государство может сделать с человеком и о чем честно ему заявляет, то Уголовный процесс — это прежде всего гарантия того, что в случае ошибочной уголовной репрессии каждый невиновный будет иметь шанс избежать незаслуженной кары.

Уголовный процесс вовсе не обязан содействовать целям защиты прав личности, привлекаемой к ответственности, но он должен гарантировать каждому невиновному возможность, следуя установленной процессуальной форме, доказать свою невиновность.

В России в настоящий момент невиновность приходится именно доказывать и это не связано с обвинительным уклоном Уголовного процесса.

Действующий Уголовно- процессуальный кодекс РФ сохраняет относительную базовую лояльность по отношению к возможности признания лица привлекаемого к ответственности невиновным, вместе с тем являясь новеллой он сохраняет в себе чудовищные двусмысленности, неопределенности и возможности для неоднозначного толкования, не исполняя тем самым свою основную функцию — решение ситуации выбора алгоритма поведения, снятия социального противоречия. И дело даже не в том, что такая вещь как установление истины по делу более не является целью уголовного судопроизводства, или принцип презумпции невиновности не получил своей конкретизированности в специальных статьях Уголовно- процессуального закона,- это больше вопросы идейные и методологические, в какой — то степени дублирующие «социалистическую законность» бывшую ранее, а потому больше зависящие от уровня правосознательности и общей культуры правоприменителя. Но действующая процессуальная форма неоднозначна прежде всего как форма познания уголовного процесса, а это уже прямой путь к произволу, к объективированию субъективных форм понимания закона. Список ляпов действующего УПК РФ можно продолжать бесконечно долго, но сосредоточим наше внимание на важнейшей процедуре — порядке исследования доказательств в суде, установленным ст. 274 УПК РФ. Действительно, по замыслу законодателя предварительное расследование только потому и предварительное, что оно всего лишь предшествует судебному следствию как самостоятельной стадии уголовного процесса. Назначением судебного следствия является всестороннее полное исследование доказательств, представленных стороной обвинения и защиты. При этом законодателем не ограничивается возможность защиты дополнять судебное следствие в рамках самого судебного процесса — заявлять ходатайства об истребовании доказательств, допрашивать пребывающих в суд свидетелей, в то время, как обвинение связано и предметом предъявленного обвинения, и поражено в возможности предъявления новых доказательств виновности лица, добытых вне следственных и иных процессуальных действий в досудебном производстве. Прекрасный алгоритм, не правда ли? Казалось бы, при грамотном построении защиты, ей дается полная свобода действий, активная реализация которой неминуемо приведет к оправданию каждого невиновного. Но вот парадокс, за 8 лет действия нового УПК РФ все суды без исключения совершают две вещи, которые никак не предусмотрены УПК РФ — ставят на обсуждение сторон вопрос о порядке исследования доказательств и допрашивают подсудимых в рамках исследования доказательств, предоставляемых стороной обвинения.Обращаясь ст. 274 УПК РФ находим следующее: очередность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства суду. Закон снимает с суда обязанность выяснения порядка исследования доказательств и тем более согласование данного порядка со сторонами.

Выяснение судом порядка исследования доказательств является пережитком старого советского УПК РФ, где очередность исследования представленных доказательств могла варьироваться при таковой необходимости. Вместе с тем суды по прежнему с упорством опрашивают стороны о данном предмете. Это является неминуемым следствием того, что права защитника по сбору доказательств носят декоративный характер и на самом деле никакими полномочиями не подтверждены,- редкое обвинительное заключение по делу имеет в графе «доказательства защиты» какие -либо ссылки, а не прочерк.

Но с этим еще можно было бы смириться, если бы не тот факт, что повсеместно в планах государственных обвинителей, протоколах судебных заседаний состоявшихся процессов встречается положение, при котором в процессе исследования судом в рамках судебного следствия доказательств стороны обвинения проводятся допросы подсудимых.

Указанные действия нарушают требования ст. 274 ч. 2 УПК РФ, в соответствии с которой: «Первой представляет доказательства сторона обвинения. После исследования доказательств предоставленных стороной обвинения, исследуются доказательства представленные стороной защиты».

Уголовно — процессуальным законом обвиняемый (подсудимый в суде соответственно) отнесены к стороне защиты — глава № 7 УПК РФ, ст. 47 УПК РФ.В силу непосредственного указания ст. 74 ч. 2 п.

1 УПК РФ показания обвиняемого (подсудимого в суде соответственно) отнесены к доказательствам.

Императивным предписанием ст. 77 ч. 1 УПК РФ показания обвиняемого определены как — сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в суде в соответствии с требованиями ст. 275 УПК РФ.Таким образом, показания подсудимого в суде как доказательства, относятся уголовно- процессуальным законом РФ к доказательствам стороны защиты. Об этом же свидетельствует и порядок допроса, дифференцированный соответственно принципу состязательности и закрепленный ст. 275 ч. 1, ст. 278 ч. 3 УПК РФ.Допрос подсудимых в рамках исследования доказательств, представляемых стороной обвинения нарушает требования к уголовно- процессуальной форме, принципы положенные в основу Уголовного процесса — законности(ст. 7 ч. 2 УПК РФ), состязательности ( ст. 15 ч. 3 УПК РФ), право на защиту (ст. 16 УПК РФ). При этом законодателем специально оговорено, что подсудимый, при желании, имеет возможность давать показания в любой момент судебного следствия, в том числе и в рамках исследования доказательств стороны обвинения — ст. 274 ч. 3 УПК РФ.В чем же причина порочной практики допроса подсудимых в части исследования доказательств стороны обвинения? Только ли в «судейском саботаже», «картельном сговоре» нашего судейства и прокуроров, попустительстве адвокатов? Ведь очевидно, что допрос подсудимого, сразу же после очных показаний свидетеля уличающих его, или перед ними, после оглашения материалов дела и прочее, деморализует подзащитного, лишает его возможности целостного анализа всех доказательств представленных по делу в их совокупности, а, следовательно, нарушает и его право на защиту? Не думаю, что только в этом.

Сравните как сформулирована ст. 275 ч. 1 УПК РФ: «При согласии подсудимого дать показания первымиего допрашивают защитник и участники судебного разбирательства со стороны защиты, затем государственный обвинитель и участники судебного разбирательства со стороны обвинения».

Не правда ли двусмысленность? Не совсем понятно из текста закона, что имеется в виду — то ли согласие подсудимого первым давать показания в суде, перед другими участниками (свидетели, эксперты, потерпевшие и прочее), то ли, что первым его допрашивает сторона защиты, а согласие дать показания есть желание активно защищать себя, не пользуясь ст. 51 Конституции РФ. Прямо- «казнить нельзя помиловать».

И это закон, на основании которого предполагается вершить судьбы людей.Моя личная практика показывает, что в каждом уголовном процессе суд предполагает себе допрашивать подсудимого в рамках исследования доказательств стороны обвинения.При этом есть все основания полагать, что не устранение данной двусмысленности является намеренным и, как минимум, дискредитирует право ст. 51 Конституции РФ, вплоть до стадии завершения судебного следствия в части исследования доказательств стороны обвинения, при игнорировании положений ст. 47 ч. 2, 173 ч. 4 УПК РФ в их взаимосвязи с правом на защиту, принципом презумпции невиновности. С точки зрения логики и действующего Уголовно- процессуального закона, декларирующего принцип состязательности, равноправия сторон, презумпции невиновности, порядок исследования доказательств в суде должен быть построен таким образом, что сторона защиты участвует в исследовании всех доказательств, а уже затем удостоверившись в том, что налицо «обвинительная совокупность» представляет свои доказательства. А обратное — лишь судейско- прокурорское невежество и процессуальная ошибка.Однако анализ специальных норм показывает, что и здесь наш законодатель схитрил.

Так, например, ст. 220 ч. 1 п.

6 УПК РФ предусматривает, что в обвинительном заключении следователь указывает перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты, и та же статья в части 4 закрепляет: «К обвинительному заключению прилагается список подлежащих вызову в судебное заседание лиц со стороны обвинения и защиты с указанием их места жительства и (или) места нахождения». Таким образом, на бумаге выстроена логическая парадигма, где обвинение и защита в обвинительном заключении ссылаются перед судом каждый на свои доказательства, при этом обвинение руководствуется обязанностью изобличения лица, предусмотренного ст. 21 ч. 2 УПК РФ, невозможностью дальнейшего доследования уголовного дела (про Конституционный суд РФ с его неадекватной позицией, выраженной в Постановлении от 8 декабря 2003 г. N 18-П в настоящий момент умолчим), а защита вольна в определении тактики и стратегии защиты и может вообще на данной стадии уголовного судопроизводства не заявлять никаких доказательств.Теперь посмотрим во что это трансформируется на практике.

Представим себе не такую уж редкую ситуацию, при которой свидетели обвинения, допрашиваемые в ходе предварительного расследования, дают показания реабилитирующие обвиняемого, как говорит один известный адвокат, «превращаются в свидетелей защиты». Это могут быть близкие родственники, друзья и прочие. Следователь неизменно включает их в состав свидетелей обвинения и указывает в обвинительном заключении, как лиц подлежащих вызову в суд по инициативе обвинения.

Это важный момент, так как ст. 278 ч. 3 УПК РФ четко указывает, что: «Первой задает вопросы свидетелю та сторона, по ходатайству которой он вызван в судебное заседание. Судья задает вопросы свидетелю после его допроса сторонами».

Допрос не ограничен во времени, есть многоэпизодные дела, требующие обширных показаний, которые могут занимать при надлежащем исследовании не один судомесяц, вопросы можно построить так, что и черное станет белым.

Но защита так же может включить данных лиц в списки свидетелей защиты для формирования обвинительного заключения и строить тактику и стратегию защиты исключительно на данных свидетелях. Что получается?
В одном и том же обвинительном заключении, следуя тексту ст. 220 ч. 1 п. 6, ст. 220 ч. 4 УПК РФ, одни и те же лица сначала будут указаны как свидетели обвинения, затем как свидетели защиты. Как поступить суду? Надо ли говорить о том, что при таком отношении к должностным обязанностям Государственной думы РФ, Совета Федерации РФ, Президента РФ, а именно они подарили нам действующий УПК РФ, рядовые судьи и в особенности рядовые судьи Верховного суда РФ не берут на себя смелость снимать возникающую неопределенность по порядку исследования доказательств. Вместе с тем, полагаю, что устранение существующей неопределенности в вопросе порядка исследования доказательств и слом порочной практики допроса подсудимых в рамках исследования доказательств стороны обвинения, является заботой гражданского общества России, в частности адвокатского сообщества, возглавляемого адвокатскими палатами регионального и федерального уровней.Не забудем и то, что формирование единого обязательного для всех защитников алгоритма защиты по уголовного делу, внедрение системы Страхования уголовной ответственности населения в РФ невозможно без решения такого фундаментального вопроса, как установление адекватного, не порождающего двусмысленностей, иных толкований порядка исследования доказательств в уголовном судопроизводстве. В противном случае манипуляции обвинителей судом, профанация правосудия с течением времени будут только усиливаться, а уголовная адвокатура продолжит свою стагнацию.

Sapienti sat! Москва, 26.03.2010 в журнале «Адвокаткая палата», Москва, май 2010 г № 5

Источник: https://pravorub.ru/articles/1582.html

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.