Виды вины в гражданском праве

Понятие и формы вины в гражданском праве. Ответственность независимо от вины. Вина кредитора, ее значение. Смешанная ответственность

Виды вины в гражданском праве

Вина – психическое отношение лица к совершенному противоправному поведению, его наступившим последствиям.

Гражданское законодательство различает две формы вины:

· умысел;

· неосторожность (п. 1 ст. 401 ГК).

При вине в форме умысла нарушитель действует намеренно независимо от того, желает он или не желает наступления неблагоприятных последствий таких действий. Умысел при совершении гражданско-правовых правонарушений встречается достаточно редко. Гораздо шире распространены правонарушения, совершаемые по неосторожности.

Неосторожности свойственно несоблюдение требований внимательности и осмотрительности, которые предъявляются к осуществляемому виду деятельности и их субъекту.

Неосторожность, в свою очередь, подразделяется на простую и грубую, однако законодательство не содержит их определения. В юридической литературе предложены критерии их разграничения.

Так, лицо, действующее с простой неосторожностью, соблюдает минимальные, но не все необходимые требования, а лицо, действующее с грубой неосторожностью, не считается с минимальными требованиями осмотрительности и внимательности.

При разграничении форм вины могут быть использованы рекомендации Верховного Суда РФ: вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, должен быть разрешен в каждом случае с учетом конкретных обстоятельств. В качестве примера грубой неосторожности в постановлении приводится нетрезвое состояние потерпевшего.

Ст. 364 ГК устанавливает, что «если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответ- ственно уменьшает размер ответственности должника.

Суд также уменьшает размер ответственность должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению».

Статья ориентируется на случаи, когда в неисполнении либо ненадлежащем исполнении обязательства виновен не только должник, но и кредитор, который со своей стороны не принял зависящих от него мер, чтобы не допустить либо максимально ограничить объем убытков. Размер ответственности при этом может быть уменьшен с учетов формы и степени вины и должника, и кредитора.

Вина кредитора может проявиться в любой форме и любой степени. Но в некоторых обязательствах ответственность должника за ущерб, причиненный кредитору, уменьшается не при всякой вине последнего, а лишь при его грубой неосторожности (см., например, ст. 935 ГК). Умысел потерпевшего вообще может освободить нарушителя от ответственности (п.1 ст. 935 ГК).

Если должник требует уменьшения размера ответственности (возмещенных убытков или неустойки), ссылаясь на вину кредитора, он (должник) обязан доказать и наличие такой вины и ее степень.

Сопоставление вины должника с виной кредитора для определения меры ответственности при нарушении обязательства может применяться и тогда, когда должник несет ответственность независимо от своей вины.

Так, предприниматель должен возместить убытки, вызванные его нарушением обязанности перед клиентом, даже если нарушение не зависело от вины предпринимателя – постройка жилого дома не завершена к сроку из-за отсутствия на рынке нужных строительных материалов.

Но если клиент при этом оказался виновным в задержке (например, не принял, как это было предусмотрено договором, привезенные материалы), то сумма убытков, подлежащих возмещению строителем, может быть соразмерно уменьшена.

Вина– психическое отношение лица к своему противоправному поведению, в котором проявляется пренебрежение интересами отдельных лиц или общества в целом.Понятие вины применимо и к физическим и к ю.лицам, с учетом того, что вина ю.лица проявляется через виновное поведение его работников, действия которых считаются действиями должника (ст. 402 ГК).

Вина – субъективное условие Г-П ответственности.По общему правилу (п. 1 ст. 401 ГК) не исполнившее или ненадлежаще исполнившее обязательство лицо отвечает при наличии вины. Вина в ст. 401 ГК определена через непринятие мер к надлежащему исполнению обязательства.

Должник признается невиновным, если докажет, что он принял все зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязательства.

Таким образом меры, которые надлежало принять лицу для надлежащего исполнения обязательства соотносятсяс той степенью заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Если вина входит в качестве обязательного элемента в состав гражданского правонарушения, бремя доказывания ее отсутствия возложено на лицо, нарушившее обязательство – это презумпция вины должника.

Поскольку отсутствие вины связано с наличием в действиях должника той степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства и условиям оборота (п.1 ст.

401), должнику лучше знать, какие меры приняты им в процессе исполнения и какая степень заботливости и осмотрительности проявлена. Вина в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401ГК).

В ГК умышленное неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств встречается редко, при этом не допускается устранение или ограничение ответственности (п. 4 ст. 401).

Форма вины (умысел или неосторожность) на размер Г-П ответственности не влияет.

При смешанной ответственности (т.е. есть и вина должника и вина кредитора) на размер ответственности влияет степеньвины и наличиев действиях должника грубой либо простой неосторожности.

При грубой неосторожности в поведении лица отсутствует всякая внимательность и осмотрительность. При простой неосторожности лицо проявляет осмотрительность и внимательность, но их оказывается недостаточно для надлежащего исполнения обязательств.

Для смешанной вины характерно, что убытки причинены только кредитору, но должны быть распределены между сторонами, так как упречно и поведение кредитора, который не принял разумных мер к уменьшению размера причиненных ему убытков.

Распределение убытков зависит от определяемой судом степени вины кредитора и должника.

При осуществлении предпринимательской деятельности вина не является обязательным условием Г-П ответственности, т.к. эта деятельность строится на началах риска.

Сторона, нарушившая обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, может быть освобождена от Г-П ответственности, если докажет невозможность надлежащего исполнения вследствие непреодолимой силы. Понятие непреодолимой силы в ст.

401 ГК не раскрыто: названы лишь ее признаки – чрезвычайность и непредотвратимость при данных условиях – и упомянуты три случая, которые нельзя расценить как непреодолимую силу – нарушение обязанностей контрагентами должника; отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Основы гражданского законодательства 1991г. к непреодолимой силе относили стихийные явления и военные действия. Признаки чрезвычайности и непреодолимости должны присутствовать одновременно. При этом обстоятельства, которые могут быть отнесены к непреодолимой силе, являются чрезвычайными и непреодолимыми при данных условиях.

Так, если судно в момент штормового предупреждения находилось далеко от берега, шторм может рассматриваться как непреодолимая сила; если же судно находилось рядом с портом и не укрылось в порту, получив штормовое предупреждение – шторм не будет рассматриваться как непреодолимая сила.

Источник: https://cyberpedia.su/12x4f1d.html

Деликт и вина

Виды вины в гражданском праве

1. Деликтные обязательства

Обязательства возникают в том числе вследствие причинения вреда (п. 2 ст. 307 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом положения ст. 1064 ГК РФ не следует толковать ограничительно. Так, в частности:

– вред может быть причинен любому имуществу, которым могут быть как вещи, так и имущественные права [1];

– деликтная ответственность может наступить в связи с двойным отчуждением вещи [2];

– допускается возмещение юридическому лицу нематериального (репутационного) вреда [3].

По общему правилу, обязательство вследствие причинения вреда возникает при наличии совокупности следующих условий:

– наступление вреда,

– противоправность поведения причинителя вреда,

– причинно-следственная связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда,

– вина причинителя вреда.

На данный состав неоднократно указывал и продолжает указывать Конституционный Суд РФ [4].

Можно сказать, что условия возникновения деликтного обязательства и условия ответственности за причиненный вред совпадают, обязательство вследствие причинения вреда имеет своим содержанием ответственность за причиненный вред.

Наличие условий возникновения деликтного обязательства должен доказать потерпевший (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ/ч. 1 ст. 65 АПК РФ), при этом в силу п. 2 ст. 1064 ГК РФ наличие вины причинителя вреда презюмируется (о противоправности поведения причинителя вреда чуть далее).

«По общему правилу» – так как существуют исключения. К примеру, обязанность возмещения вреда может быть возложена законом на лицо, не являющееся причинителем вреда (абз. 2 п. 1 ст. 1064 ГК РФ); в случаях, предусмотренных законом, подлежит возмещению вред, причиненный правомерными действиями (абз. 1 п. 3 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1082 ГК РФ способов возмещения вреда два: 1) возместить вред в натуре или 2) возместить причиненные убытки.

Говоря о возмещении причиненных убытков, истец дополнительно столкнется с обязанностью доказать их размер.

Однако необходимо отметить, что в настоящее время это не должно вызывать существенных затруднений: размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности; в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить [5].

Довольно странно, конечно, что положение п. 5 ст. 393 ГК РФ решили разместить именно среди норм гл. 25 ГК РФ, регулирующих ответственность за нарушение обязательств, но, благо, Верховный Суд РФ более чем прямо указал на применение этого подхода и при возмещении убытков за причинение вреда.

2. Принцип генерального деликта

В широком смысле все деликтное право по признаку его систематизации условно может быть разделено на два больших пласта: 1) централизованное (унитарное) деликтное право, в основе которого лежит принцип генерального деликта; 2) децентрализованное (плюралистическое) деликтное право, исходящее из существования лишь отдельных видов правонарушений, при отсутствии общего принципа, который дал бы возможность определить признаки гражданского правонарушения. При этом некоторые юрисдикции могут быть отнесены к системам смешанного деликтного права [6].

Принято считать, что в нашем праве принцип генерального деликта выражен в п. 1 ст. 1064 ГК РФ: «подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред» [7].

Во Франции принцип генерального деликта выражен более явно: любое действие человека, причиняющее другому вред, обязывает лицо, виновное в его причинении, этот вред возместить (ст. 1382 ФГК).

То есть согласно принципу генерального деликта само по себе причинение вреда уже может служить основанием возникновения деликтного обязательства (в отличие от сингулярных деликтов, в которых ответственность предусмотрена за отдельные виды деликтов с конкретными фактическими составами [8]).

Встречается позиция, согласно которой в объем понятия «генеральный деликт» входят все условия ответственности за причиненный вред (в том числе и вина), но мне ближе позиция, согласно которой принцип генерального деликта означает только то, что всякое причинение вреда презюмируется противоправным [9]. Из этого исходил и Высший Арбитражный Суд РФ [10].

3. Вина в гражданском праве

ГК РФ выделяет следующие формы вины: умысел и неосторожность. Неосторожность, в свою очередь, разделяется на простую и грубую.

При этом ГК РФ не содержит определение понятия вины, но абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ позволяет его сформулировать через определение понятия невиновности: вина состоит в непроявлении должником той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота [11].

Такое определение вины как условия гражданско-правовой ответственности за нарушение обязательства позволяет для соответствующих случаев отграничить ее от уголовно-правовых взглядов. Последние, как известно, определяют вину как предполагаемое психическое отношение лица к своим действиям и их последствиям.

Таким образом, вина переводится из области труднодоказуемых субъективных психических ощущений конкретного человека в область объективно возможного поведения участников имущественных отношений, где их реальное поведение сопоставляется с определенным масштабом должного поведения [12].

Некоторые коллеги, кстати, небезосновательно отмечают (Репин Р.Р.), что «психологический» и «объективный подход» – это все об одном и том же, но разными словами. Полагаю, что в отношении неосторожности это действительно весьма близко к истине (развеять сомнения поможет текст ст. 26 УК РФ). Относительно же умысла вопрос чуть тоньше.

4. Различие форм вины

Исходя из текста абз. 2 п. 1 ст. 401 ГК РФ, поведение лица сопоставляется с определенным масштабом должного поведения как применительно к неосторожности, так и к умыслу.

Это подтверждает и Верховный Суд РФ: в обоснование отсутствия умысла должником, ответственность которого устранена или ограничена соглашением сторон, могут быть представлены доказательства того, что им проявлена хотя бы минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства [13].

Однако ГК РФ не раскрывает сами понятия умысла и неосторожности, не определяет границу между простой и грубой неосторожностью.

С одной стороны, это, по сути, не является проблемой, так как в гражданском праве различие форм вины редко имеет юридическое значение – для наступления ответственности в подавляющем большинстве случаев достаточно наличия любой формы вины.

То есть в гражданских правоотношениях, по сути, значение имеет не вина как условие ответственности, а доказываемое делинквентом отсутствие вины как основание его освобождения от ответственности.

С другой стороны, ГК РФ содержит немало положений, которые указывают именно на определенные формы вины: п. 3 ст. 401 ГК РФ, п. 1 ст. 693 ГК РФ, п. 4 ст. 720 ГК РФ, etc.

И даже Конституционный Суд РФ не смог сформулировать некие (хотя бы совсем уж ориентировочные) критерии, для отграничения простой неосторожности от грубой.

Ограничился следующим: «[в]опрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств.

При этом, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судья принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что также не может рассматриваться как нарушение каких-либо конституционных прав и свобод гражданина» [14].

Чего уж говорить о разграничении умысла и грубой неосторожности.

На мой взгляд, если рассматривать вину как условие ответственности за нарушение обязательств, вполне разумна позиция, озвученная на одном из НКС М-Логос Ширвиндтом А.М.: когда мы боимся разрушить границу между умыслом и грубой неосторожностью, мы исходим из ложной посылки, что она есть.

Отделение же простой неосторожности от грубой/умысла – это вопрос конкретных обстоятельств конкретного дела и применение судом критерия «существенность».

5. Умысел делинквента

Применительно к вопросу о вине как условию возникновения деликтного обязательства нельзя не отметить постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

Так, в п. 23 данного постановления разъяснено: «[п]од умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид)».

Такой взгляд на умысел практически идентичен положениям ст. 25 УК РФ, раскрывающим соответствующее понятие в уголовном праве.

Следовательно, умысел потерпевшего в рамках деликтной ответственности следует понимать именно как психическое отношение лица к деянию и его последствиям.

Возникает вопрос: следует ли аналогично, через установление психического отношения лица, определять наличие умысла у причинителя вреда (к примеру, при применении п. 3 ст. 1083 ГК РФ) и отделять умысел и грубую неосторожность в рамках деликтной ответственности?

 

[1] Гутников О.В. Деликтная ответственность за нарушение относительных прав: перспективы развития в российском праве // Закон. 2017. № 1.

[2] Определение Верховного Суда РФ от 22.05.2017 № 303-ЭС16-19319.

Источник: https://zakon.ru/blog/2017/11/13/delikt_i_vina

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.